Тенденция венгерской
политики к овладению Галичиной, сыгравшая
столь крупную роль в истории этой
последней, начиная с XI в. и до эпохи
польских разделов, вытекала из
географической двойственности положения
Галичины. Занимая юго-западную часть
бассейна Вислы, Галичина втягивалась
в район польских экономических и
политических интересов, захваченная
упомянутым выше движением поляков на
юго-восток, вверх по течению правых
притоков Вислы. Но, занимая верховья
Днестра и Южного Буга, стремясь к
распространению своей колонизации и
своих владений вниз по этим рекам,
Галичина вводилась в иной
политико-географический район, южный,
непосредственно сливающийся с Дунайской
низменностью.
Тяга к этим богатым землям
жила, неизбежно слабея и из пункта
программы обращаясь лишь в мечту и
традицию, со времен старого Святослава,
через времена Мономаха, который посадил
было своих посадников по Дунаю.
Навстречу
этой вековой русской тяге шла с карпатских
склонов валашская (румынская) колонизация
(приведшая в XIV в. к основанию Молдавского
и Валашского княжеств), а следом за ней
тянулась и венгерская политика, в связи
с придунайскими интересами Венгрии. |
